Пролог.
     "Опять поздно иду, - корила я себя. - Небось Санька заждался,
да и волнуется за меня".
     Мысль о сынишке согрела меня и я, не замечая холодного дождя с
ветром, поспешила домой.
     Санька уже спал, свернувшись в калачик, на своей половине
кровати. В спальне было сухо и тепло, горел маленький ночник, освещавший только
мою подушку. Одеяло Санька как всегда ссучил ногами вниз и его полуоткрытая голая
попка белела в полумраке. Нащупав под одеялом я выудила пару трусиков - мои и
Санькины.
     "Бедняжка, не дождался таки меня," - сделала я вывод.
     Точно из стиралки достал. Хорошо, что один раз одеванные.
Санькины трусики были покрыты влажными пятнами. Знакомый запах. Конечно нюхал
трусики, дрочил на мой запах, а вытерся своими. Представив как он, полузакрыв
глаза, с моими трусиками на носу дрочит твердый хуй, у меня зашевелился клитор.
     Стоя под горячим душем я согревала свое тело. В промежности
сладко ныло. Мыльные пальцы скользко задевали упругий клиторок, который отзывался
острыми сладкими пульсами.
     Сухая и горячая я осторожно, чтобы не разбудить, скользнула
под одеяло. Мне хотелось обнять и прижаться к теплому юному телу, но я сдерживала
себя. Мне хотелось, чтобы он сам во сне повернулся и встретил меня как
долгожданный подарок. Укрывшись спустилась ниже под одеяло с головой и с
наслаждением вдыхала запах мальчишеского тела и пряным запахом спермы. Чтобы не
разбудить Санька, я отодвинулась на свой краешек. Нестерпимо хотелось подрочить
себе клитор, но я приберегала первый оргазм на потом. Все же, не вытерпев, я
просунула руку между сомкнутыми ляжками и чуть ввела палец в мокрую ноющую
дырочку. Слегка лаская себя указательным пальчиком в дырочке я вспоминала...
     Начало.
     За мужем я пробыла всего три дня. Вдруг решила пройтись после
работы по густому скверику детского сада. Хотела представить как здесь будет
играть мой будущий ребенок. Ну и нарвалась на моего красивого, умного,
интеллигентного молодожена. Он присев на корточки увлеченно сосал толстенный хуй
какого-то здоровяка. Меня он не увидел. А мне было противно даже показаться им на
глаза... Дома меня он уже не нашел. Потом этот толстый хуй я вспоминала и ловила
себя на том, что хочу сжать в руке такой же. В последующие годы, когда я стала
регулярно дрочится, я представляла именно такой, толстый, длинный и чуть
изогнутый. Когда я родила мальчика, его членик был предметом моего особого
внимания и заботы. Благо жила я одна и никто не вмешивался в процедуру ухода за
ребенком. Время шло. Изредка на пьяных тусовках я западала на очередного
симпатичного кобеля и, если он был достаточно чистоплотен и не слишком умен, то
давала ему раздеть себя, но только в полумраке. Утром при свете, мне почему-то
всегда казалось, что рядом со мной лежит мой бывший "молодожен". Концовка всегда
была краткой и навсегда. Хотя кое-что из ночных забав я вспоминала по ночам...
Иногда неплохо кончала...
     Сыночек подрастал. Купание я возвела в ритуал. Тщательно
намыливала попочку спереди, сзади. Постепенно писька поспевала, крупнела и
наливалась силой. К 10 годам я лицезрела маленькую копию настоящего хуя с тугими
яичками и редкой порослью. Санька привык быть передо мной голым и не стеснялся
меня. Я же не раздевалась перед ним, но и особо не закрывалась. Трусики и лифчик
скрывали главное, но общее понятие о моем строении Санька имел. Спали мы всегда
вместе. Чтобы спокойно выспаться, я укрывалась отдельным одеялом. Иногда Санька
залезал ко мне погреться и я наслаждалась поглаживая его мягкое чистое тельце. Он
любил забрасывать ногу на меня и уткнуться носом в грудь. Грудь иногда
вываливалась и Санька игрался языком с сосочком. Я же гладила его
нежную упругую попочку, чуть поглаживая дырочку и яички. Вскоре я стала ощущать
твердую палочку на бедре... Тогда я осторожно переваливала его свою территорию,
целовала в губы и желала спокойной ночи. После этого мой клитор настойчиво
требовал хорошей дрочки. Я сосредоточенно с упоением надрачивала затвердевший
клитор, смачивая его своим соком, ручьем лившимся из меня.
     Однажды я так увлеклась, что не сразу услышала Саньку.
     - Мам, что ты делаешь? - спросил он. - У тебя что-то чешется?
     - Да,.... сынуля, ..... очень ...... чешется, - прерывающимся
шепотом ответила я. - Сей.. ча.... сссс прой..... дет.
     От того, что Санька стал свидетелем моей дрочки оргазм потряс
меня всю как никогда.
     - Мам тебе хорошо стало? - спросил Санька когда я отдышалась и
затихла.
     - Да, любимый.
     - А что у тебя чесалось?
     - Да так, везде.
     - Везде внизу животика?
     - А почему ты подумал, что я там чесалось?
     - Ты охала, А я пожалел тебя и заглянул под одеяло. А ты
ручкой так сильно чесалась внизу там..
     "Влипла! - подумала я. - Надо выкручиваться".
     - Вот иногда у тебя чешется спинка?
     - Ну да.
     - Тебе же приятно, когда я тебе почешу спинку?
     - Приятно.
     - Ну вот и мне приятно.
     Санька помолчал переваривая информацию.
     - Мам.
     - Что?
     - А у меня тоже иногда вроде чешется вроде ноет где то внизу.
     "Вот и пришло ОНО," - подумала я и сразу тяжело стала
наливаться кровью и набухать вся моя пизда.
     - Покажи где.
     - Вот тут, - Санька бессовестно раздвинул голые ноги и
осторожно потрогал промежность между яичками и дырочкой попочки.
     - И часто у тебя чешется там?
     - Когда ты меня любишь и гладишь. И потом, после, когда
прогоняешь меня под свое одеяло.
     - И ты чешешь себе там? - спросила я подозрительно.
     - Потихонечку, но от этого мне еще сильнее чесотно.
     При этом разговоре Санька поглаживал себе промежность, отчего
его писька-сосиска стала набухать и удлиняться. Я зачарованно как она твердеет,
начинает вздрагивать и отделяться от живота. Это уже была небольшая копия
настоящего хуя. Он даже был чуть изогнут, как тот в саду... Силы покинул меня, мой
палец непреодолимой силой притянуло на болезненно напрягшийся клитор.
     - Мам почеши мне, очень чешется, - жалобным голосом попросил
Санька. - Ну пожалуйста!
     "Не рано ли ему начинать дрочить? - промелькнуло у меня в
воспаленном мозгу. - Хотя какое рано в 13 лет! Если бы он рос на улице, а не сидел
дома за компьютерными игрушками, то его не только дрочить научили бы, но и, как
папашу, кое-чего покруче... Была-не-была... Лучше я, чем другой".
     Тем временем моя рука уже осторожно убрала Санькин палец и
пальцы накрыли целиком хуй, яички и нежно массировали набухшую простату.
     "Вот что чешется, - заключила я, пальпируя четко обозначенную
железу. -Видно пора ему спускать сперму по-настоящему".
     - Мои бедные яички, чесотно им, - тихонько приговаривала я. -
Давай я их поцелую.
     Наклонившись ...
я приникла губами к простате, поцеловала ее нежно взасос, осторожно взяла яички в
рот лаская их языком. Санька лежал широко раскинув ноги и воспринимал все
естественно и спокойно. Так я делала ему всегда. С одной разницей, ему конкретно
это было очень приятно и он хотел именно этого. Вдыхая запах хуя я полизала Саньке
простату, яички и перешла на довольно крупную головку, нежно покрывая ее мелкими
поцелуями. Под нежной кожей пульсировал напряженный как струна хуй. Подняв глаза я
смотрела на румяного Саньку, который полузакрыв глаза прерывисто дышал, облизывая
сухие горящие губы. Сдерживаться я уже не могла, все предохранители и тормоза
отказали.
     "Все, конец, - промелькнула где то позади мысль. - Никому я
его не отдам! Это мой мужчина".
     Смочив слюной губы, вытянув их трубочкой, я медленно
нанизалась ртом на его солоноватый хуй. Лаская языком головку я двигала головой
вверх-вниз, постепенно сжимая губы и убыстряя темп. Санька прогнулся навстречу,
мелко дернулся несколько раз и теплая струя спермы одним плеском наполнила рот.
Чмокая я высасывала из Саньки все соки, не глотая и смакуя нежную мальчишкину
сперму. Санька не двигаясь и долго лежал, закрыв глаза. Потом его лицо просветлело
счастливой , довольной улыбкой. Повернувшись ко мне Санька обнял меня за грудь и
облегченно вздохнул.
     - Как хорошо было, мам. Как в во сне, только лучше.
     Я сама была как во сне. Одной рукой обняв Саньку, другой рукой
уже открыто я ласкала клитор.
     - Почесать тебе, мам? - шепнул мне на ухо Санька.
     - Да, - также шепотом ответила я.
     Его рука легла на мой клитор и Санька стал пальцами елозить по
пизде вверх-вниз.
     - Так? - шептал Санька.
     - Повыше, - тоже шепотом отвечала я.
     Так мы, словно по секрету перешептывались, словно сознавая,
всю таинственность происходящего.
     - Можно мне посмотреть, как у тебя там? - дрожащим шепотом
спросил Санька.
     Я молча широко раздвинула ноги и направила его голову вниз...
     - А где тебе почесать? - недоуменно спросил он, перебирая
пальцами губы и клитор.
     - Вот здесь. А чесать мне нужно так.
     Еле сдерживая наступающий оргазм я неторопливо л скала клитор
сверху вниз.
     - Только это называют не Чесать, а дрочить. Все мальчики и
девочки делают это.
     - А ты тоже?
     - И я тоже. Подрочи мне, Санюша, - шептала я. - Так...
быстрее... любимый мой .... ооох.
     Острый оргазм несколько раз сотряс мое тело, я выгнулась
вверх... струи сока стекали по попе. Просунув руку вниз я воткнула сзади свой
палец в скользкий анус. Палец вошел легко, вызвав в попе еще одну сладкую волну.
     - Мам, а где тебе пососать, как ты мне, - как сквозь туман
услышала я Саньку.
     - Мне нужно лизать там, где ты дрочил мне, - напрямик ответила
я.
     Подтянув Санькину подушку, я подсунула себе под попу и подняла
колени к плечам.
     - Встань внизу на коленки и язычком полижи мне вот этот
сосочек...
     Санька послушно выполнил приказ и начал сладкий ритуал. Я
заметила, что это его возбудило, горячее прерывистое дыхание ласкало клитор.
Острая щекотка снова и снова стала толчками пронизывать меня от клитора вглубь
пизды и ниже, заставляя сжиматься анус. Рукой прижимая Санькину голову я двигала
тазом вверх-вниз так, что его язык все чаще стал проваливаться в горящую мокрую
дырку.
     -
Лижи сильней милый.. лижи в дырочке....
     Прижав рот Саньки к дырке я стала кончать. Влагалищный канал
резко сжимался в судорогах, выплескивая длинными толчками сок. С последним толчком
сжав попу я длинно и сладко спустила последний сок. Санька продолжал чмокать
губами в пизде, размазывая по лице сколький сок. Я подтянула его к себе и
присосалась к его губам долгим поцелуем. Наши языки плавали во рту друг у друга,
смешивая Санькину сперму и мой сок.
     - Тебе вкусно? - спросила я.
     - Немножко кисло, но все равно вкусно и приятно.
     - А когда тебе стало приятно?
     - Когда ты стала тыкать меня в свою писю у меня опять
зачесалось и я захотел... ну подрочить.
     - Отдохни пока, а потом я тебе подрочу еще приятней. Только
давай договоримся. Я тебе буду очень приятно дрочить, а ты никому не рассказывай!
     - Почему нельзя? Это ведь хорошее и приятное!
     - А разве кто-нибудь из друзей тебе рассказывал как они делают
приятно маме? Вот видишь - нет. Разве кто-нибудь расскажет как он лизал писю маме.
Все дураки начнут смеяться и тебе придется очень плохо.
     - А все лижут писю мамам?
     - Не знаю и никто не знает, но раз это так приятно, то
наверняка кто-то лижет письку маме и сестричкам, а сестрички и мамы сосут письки у
мальчиков. Да ведь этого никто не знает. Все это держат в тайне!
     Санька с минуту усиленно размышлял и пришел к верному выводу.
     - Точно, никто не рассказывает... Нет, тогда я тоже никому не
расскажу. Знаю я их... Спуску не дадут. - Уверенно заключил Санька.
     Продолжение.
     Незаметно я задремала. Разбудил меня Санькин хуй, который
торчал у меня между ягодицами и короткими толчками тыкался в анус. Грудь покоились
в ладони сына, который глубоко и горячо дышал в носом мне между лопатками. Между
ягодицами уже было мокро, головка легко проскальзывала свой короткий путь, чуть
выходя из половинок и снова плавно и туго проскальзывала, несильно упираясь в
дырочку попы. Замерев я впитывала в себя сладкие звуки тайной ебли. Эта сцена
всегда возбуждала меня больше всего. Ночь, сын, влюбленный в свою маму, осторожно,
чтобы не разбудить ее, полуебет - полудрочится ей в попу. Пора, решила я. Протянув
руку я ладошкой слегка сжала и подтолкнула его попу к себе.
     - Втыкай сильней, я не сплю, - тихо и внятно произнесла я.
     Глухо простонав сквозь сжатые губы Санька коротким напором,
как деревяшкой, проткнул колечко и его толстая головка проскочила в глубину попы
насколько пускали ягодицы.
     - Повернись на животик, - кратко выдохнул Санька.
     Мы осторожно не расцепляясь повернулись, я распласталась на
животе и сколько могла выгнула попку вверх навстречу нетерпеливому хую. Санька
сдвинул ноги, оперся на вытянутые руки и начал свою мужскую игру с покорно лежащей
женщиной. Гибкое юное тело ритмично и неутомимо шлепками толкалось в мою мягкую
попку.
     - Ой ... ой ... хорошо ... как. Я люблю тебя ... мам... - эти
слова стоном выскакивали в ритм его толчкам.
     Хуй стал еще тверже и туго прорывал узкую горячую кишочку.
Каждый резкий прорыв и плотный толчок в попу сладкой болью отзывался в колечке
ануса, растекаясь до горящей пизды. Мой сын совершал ритуал привычно по-хозяйски
расправляясь со мим телом.
     - Тебе удобно дрочить? - не прерываясь скороговоркой простонал
Санька.
     - Да .. милый...еби...
     Мой ...
голос и слова возбудили нас обоих до оргазма. Санька убыстрил темп и четко как по
метроному стал доебывать меня до конца. Перед тем, как кончить Санька сбился с
темпа , сильно воткнул в меня набухавший хуй и спустил первую горячую струю, чуть
задержав его во мне. Потом рывком достал хуй и уже медленнее ввел второй раз,
одновременно спуская вторую не менее сильную струю. Остальную сперму Сенька сливал
уже не доставая хуя из меня, двигая внутри в разные стороны.
     Глубоко и счастливо выдохнув Санька, расслабив тело затих лежа
на мне. Его сердце продолжало сильно биться, хуй постепенно сжимаясь скользко
выползал из раскрытой дырки. Свалившись с меня набок Санька довольно потянулся.
     - Где ты так долго, я так хотел...
     - Я знаю как ты хотел. Опять не приберег для меня свою сладкую
молофейку?
     Санька молчал.
     - Чего молчишь. Интересно на что ты дрочил сегодня и почему
нюхал трусы?
     - Мам, твои трусики пахнут пиздой. Я люблю, когда немножко
пахнет писями. Такой сладкий запах. Ой я пошел пописять.
     Я тоже последовала за ним. По дороге мне пришла в голову еще
одна развратная идея.
     - Залазь в ванну, - скомандовала я.
     Я встала в ванне напротив Саньки, сколько могла раздвинула
ноги и развела пальцами губки на пизде.
     - Писяй прямо мне на пизду.
     Это было что-то новое, хуй слегка набух. Санька натянул
кожицу, открыв малиновую тупую головку с раскрытой дырочкой и пустил струю.
Горячая струя приятно поливала клитор. Я тоже зажурчала . Натянув наверх клитор я
направила свою струю на хуй Саньки, целясь на залупу. Санька напряженно смотрел
полураскрыв покрасневшие губы, что являлось хорошим признаком. Я присела и взяла
его заметно набухший хуй в рот. Не успев как следует всосать его, как он буквально
вскочил, налившись кровью. Достав хуй из рта я любовалась им.
     "Да это тот хуй, большой и слегка выгнутый вверх. Такой хуй
легко задевает матку. Потому мне так приятно, когда он меня ебет сверху".
     - Мам, давай еще.. а? - просительно канючил Санька.
     - Давай, а то ты кончил, а я нет.
     Не подмываясь, мы пошли в спальню.
     - У тебя ноют яички? - спросила я.
     - Как ты пописяла на меня сразу заныли. Я хочу спустить в тебя
много-много.
     "Следующий раз надо сесть над ним на корточки и нассать ему на
рот. Ему это точно понравиться, раз он дрочится на запах ношенных трусов", -
подумала я.
     Мы естественно не стесняясь дрочились дома когда хотели. В
основном мы преследовали цель хорошо возбудиться перед тем, как соединиться.
Иногда из спальни слышался Санькин голос:
     - Мам ... скорее кончаю.
     Я
быстро забегала к нему. Санька уже не дрочил и ждал придерживая двумя пальцами хуй
вертикально. Я успевала несколько раз всосать головку, как рот наполнялся терпкой
спермой. Санька мог кончать помногу раз. Я даже беспокоилась за его организм,
давала много орехов и меда, но молодой организм исправно снова и снова наполнял
тугие яички густой белой спермой. Я научила его называть вещи своими именами и нам
это нравилось.
     - Я люблю тебя сынуля, - шептала я на ухо. - Скажи мне что
любишь..
     - Люблю, люблю, люблю, - шептал он мне дыша мне в рот и слегка
касаясь губами моих губ.
     - Хочешь ебать меня?
     - Очень хочу... я хочу в пизду...
     Я любила эту прелюдию. Мы не торопясь хорошо укладывались,
готовясь к долгому наслаждению друг другом. Для удобства я сшила плотную
продолговатую иранскую подушку, которая помогала в разных позах. Сегодня я
подложила ее под попу и широко развела ноги, согнув в коленях. Приоткрытая
темнеющая щель покорно ждала принять в себя напряженный ствол. Санька с довольным
выражением победителя встал на колени передо мной, сжав хуй в кулаке медленно
дрочил любуясь моим голым телом. Опершись одной рукой, он любил сам вводить в
меня. Чуть вставив в мокрую и скользкую щель, Санька лег на меня всем телом и
одним движением попы ввел в меня до конца. Замерев, мы наслаждались, прислушиваясь
каждый к своему первому ощущению. Санькин хуй слегка пульсировал и моя дырочка
отзывалась легкими спазмами, сжимая твердую палку. Слегка оттопырив попку Санька
сделал первый короткий толчок, в тишине раздался ритмичный шорох постели. Каждый
его толчок сопровождался коротким выдохом:
     - Оухх... оухх.
     Вместе с моими тихими дрожащими стонами и хрустом постели это
представляло возбуждающую музыку любви и страсти. Иногда мы замолкали,
соединившись ртами и вылизывая друг другу рот и губы, всасывая язык и глотая
скользкую слюну. Оторвавшись от моего рта Санька приподнялся надо мной на
вытянутых руках и смотрел как под волосатый лобок входит его коричневатая
блестящая палка. Я привычно высоко подняла колени, подхватив их руками. Санька
увидел пизду во всей ее красе и начал по мужски хлестко и ритмично втыкать в меня
задеревеневший хуй. Постель громко хрустела под сильными толчками. Санька в впал в
экстаз, закрыв глаза, короткими толчками ебал меня так часто-часто, что толчки
слились воедино. Внутри меня начал просачиваться горячий ручеек, который едкой
приятной болью пульсировал в клиторе. При каждом ударе залупа задевала за матку,
вызывая острое мгновенное наслаждение. Приятные до боли искры наслаждения стали
сливаться в одну сладкую дрожь, знакомая и долгожданная сладкая судорога схватила
влагалище и крепко сжала хуй в кольцо. Частые судороги оргазма схватывали все
тело, передаваясь телу сына, который со стоном вжавшись в меня всем телом,
судорожно вздрагивая ритмичными толчками впрыскивал в меня струйку за струйкой...
     Конец 1 части.